БУК города Омска «ГДТ «Студия» Л.Ермолаевой»

Омск. Притча о любви, надежде и вере

Омск. Притча о любви, надежде и вере

В омском театре «Студия» Любови Ермолаевой» на сцене сумели воплотить миф – художественный руководитель театра Наталья Корлякова поставила спектакль по знаменитой повести Чингиза Айтматова «Пегий пес, бегущий краем моря» (Художник Игорь Коврижин, хореограф Алена Калугина).

- Очень сложно перевести столь гениальное литературное произведение на язык театра, но от этого его постановка не становится менее интересной, скорее наоборот, - рассказывает режиссер. - Я год жила предчувствием спектакля, а потом все начало удачно складываться. Большая работа была с инсценировщиком – это актриса из Северска, Татьяна Угрюмова, мы совместно выбирали моменты, которые обязательно нужно отразить. Сначала  актеры говорили о повести,  что ее невозможно поставить, но когда прочитали текст инсценировки, сразу поверили в такую возможность.

Это произведение Айтматова Наталья Корлякова причисляет к вселенским. Удивительный айтматовский текст не просто сохранен в спектакле по максимуму, он стал центром, своеобразным стержнем этой постановки. Здесь он выступает в самых разных ипостасях. То это повествование, которое рассказывает старшая в роду женщина (Лариса Дубинина), сидя возле развешанных сетей и перебирая белый мех, то беседа женщин, творящих обряд, то своеобразная декорация, рисующая перед зрителем глобальное противостояние моря и суши.

Перед зрителем возникает мир молодой, суровый и удивительно осмысленный, где любое действие приравнено к священнодействию и каждый на своем месте,  где жизнь живущих на берегу напрямую зависит от даров моря. Но эти дары нужно еще суметь взять, выстояв в схватке со стихией. Противостояние человека и стихии простроено режиссером и хореографом остро драматически, и необыкновенно талантливо прожито артистами. Колеблются волны, стелется туман…. Весь беспредельный мир сводится к одной точке – лодке посреди моря, очень маленькой лодке… В лодке трое мужчин и мальчишка, который отправился на первую в своей жизни охоту. Стихия – живая и одновременно безликая, серая, туда-сюда носит маленькую лодочку. Но шторм – только первое испытание… Гораздо тяжелее окажется другое – каждому выдержать борьбу с самим собой. В замкнутом и весьма ограниченном пространстве. Напряжение ощущается буквально физически – в каждом слове, в каждом движении. Главная драгоценность – бурдюк с водой, главное счастье – поднести к губам ковшик, чтобы сделать глоток – единственный. И не позволить себе второго. Выразительная хореография в сочетании с оригинальными сценическими решениями художника-постановщика  позволяет перенести на сцену то, что вроде бы воплотить там совершенно невозможно.

Большую часть времени пленники тумана сидят, опустив голову на руки,  и ждут. Но периодически нервы не выдерживают этого бесконечного ожидания. Порывистый Мылгун (Виталий Сосой) последними словами ругает Хозяина Ветров. Юный Кириск (Александр Тихонов) в полубреду шепчет: «Синяя мышка, дай воды». А совсем недавно он так восторженно смотрел на море…Молодой актер Александр Тихонов сумел прекрасно передать и чистый восторг 11-летнего мальчишки, который в первый раз в море со взрослыми и детское смятение перед нагрянувшей бедой. Эмрайн (Евгений Сизов) поддерживает сына, как может – обнимает за плечи и гладит по голове. Лишь старик Орган (Игорь Школин) спокоен и невозмутим – сидит и курит трубку. А когда воды остается совсем мало, шагает за борт, говоря Эмрайну: «Не удерживай – я свое пожил»,  - совершенно спокойно, даже обыденно. Тем же тоном, как в начале, отправляясь в плавание,  сказал: «Ну что, пора..». Игорь Школин создал многогранный образ старика, который неожиданно оказывается еще и романтическим героем. Его далекая любовь - Великая Рыба-женщина, легендарная прародительница их рода… Актерские работы Виталия Сосоя и Евгения Сизова не менее яркие. Как самоотверженно поддерживают друг друга такие непохожие друг на друга братья...

Спектакль отличает удивительная концентрация символов, причем не статичных. Ведь они одновременно – участники действия. Не случайно сценическое действо разворачивается на темном фоне – это не только мгла морской ночи, но и фон, наиболее ярко оттеняющий символы. Это притча, легенда, сказка – то, что уже нереально, инфернально.

Два очень разных мира – женский и мужской выписаны превосходно - яркими красками, знаковыми деталями. В  женских сценах очень чувствуется мистицизм обыденного – ввиду его осмысленности. Женщины молятся добрым духам – с прозрачными чашами с водой. Или наматывают на клубки красные нити, будто мойры, богини судьбы. А потом ставят светильники из множества свечей у края сцены. И как молитва звучит: «Ты увидишь мой костер, Эмрайн»… Они прекрасны и величественны. И только юная Музлук возвращает всех на землю очередным вопросом - она еще ничего не понимает во взрослых делах…

В сценах с участием мужчин главный мотив, пожалуй, – вековечная древняя простота. И спокойствие, с которым принимается все, что пошлет судьба. Взлетают весла, колышутся полупрозрачные волны. Какое же все здесь все настоящее… Детское нетерпение Кириска, спокойная мудрость Органа, такая же спокойная решимость так похожего на него Эмрайна, метания Мылгуна…

Мир мужчин и мир женщин – очень разные. Это подчеркивают наряды героев. Костюмы мужчин – стилизация на тему традиционных костюмов приморских народов, но на женщинах по задумке режиссера – воздушные белые платья, чем-то напоминающие наряд Великой Рыбы-женщины. Ведь они принадлежат не только к этой реальности, но и к иному, миру волшебного и сверхъестественного. И способны в тяжелый час,  несмотря на расстояние, оказаться рядом с любимыми. Два параллельных мира – женский и мужской -  пересекаются только в моменты, которые выходят за границы привычной реальности. За несколько мгновений до последнего шага к Эмрайну приходит его жена. Эта пронзительная и такая красивая сцена повествует об еще одной удивительной истории любви - «в море я знал,  о чем ты думала дома».

В зыбком морском просторе переплетаются реальное и мифологическое пространство. И словно солнце в зените поднимается над этим миром шаманский бубен, который, по признанию режиссера, здесь является всем - и душой, и жизнью и смертью. В нем,  то перекатываются волны морские, то сияют звезды, то танцует Рыба-женщина. В нем же открывается портал в мир иной – туда один за другим уходят Орган, Мылгун и Эмрайн, жертвующие собой для того, чтобы мальчик остался жить.

Да, воплотить миф на сцене непросто. Но возможно. Перед зрителем возникает весьма реальный мир очень цельных и сильных людей. Диаметрально противоположный миру современному, где все внимание уделяется метущимся и рефлексирующим по любому поводу личностям, которые сами не знают, что хотят. Он – как глоток свежего воздуха…

- Это спектакль о любви. Почему герои идут на жертву? Из-за любви. Орган – из любви к своему роду, если мальчик погибнет – род может исчезнуть. Мылгун - из любви к брату, к племяннику. Эмрайн тоже уходит из-за любви – чтобы сыну хватило воды. Слово « любовь» в последние годы потеряло свой истинный смысл, а ведь это вселенское, мощное понятие, любовь движет мирами…  Именно любовь спасает Кириска, - размышляет Наталья Корлякова.

Действительно, вряд ли белая сова агукук пролетела над морем случайно. Ведь там, на берегу ждали тех, кто ушел в море, а энергия любви способна менять ход событий.

Комментарии

+ Написать